Ах, сказочная, сказочная жизнь

Ах, сказочная, сказочная жизнь

в лучах неоновых реклам,

их отражение горит

в серьгах шикарных дам,

касается руки мужчин,

что дверцы открывают

в уют шикарнейших машин,

что в сказку уезжают,

где открывается Сезам

театров, ресторанов, казино,

звон золота повсюду там,

и льётся реками вино.

Всепоглощающий там жизни ритм

пьянящим бьёт ключом,

там улиц, парков колорит

расписан праздника лучом!

 

А в моей деревне тихо плещет речка,

дома разрисовал лишь солнца луч,

там к колышку привязана овечка

и лишь из под земли водицы ключ.

 

На птицу счастья смолоду

рассчитывать хочу,

к огням большого города

как мотылёк лечу.

Но что-то не срослось, не получилось,

нет праздника и счастья нет,

манящие огни оборотились

лишь пеплом крепких сигарет.

Свои у города законы -

не проживёшь в нём за гроши,

ведь цены сказочно -огромны

за все удобства для души.

Здесь хочешь жить - умей вертеться,

на маску замени лицо,

чтоб малым винтиком втереться

в то чёртово большое колесо.

 

А у нас в деревне тихо плещет речка,

и прохладой манит тропочка во ржи,

куст сирени вырос у крылечка

и мурлыча кошка на окне лежит.

 

Страх с душой играет в прятки,

но право выбора за мной.

Я душу опустила в пятки,

и в город окунулась с головой.

И город с жадностью глотает

души нагую чистоту,

а после сам уж заполняет

образовавшуюся пустоту.

Определил мне город место -

заблудшим похоть разжигать.

С пороком дьявол вяжет тесно

того, кто душу смог продать.

И вот в шикарных "лимузинах"

с клиентами кручусь,

за "шмотки", что в витринах,

я телом расплачусь.

 

А у нас в деревне ласковая речка

пожалела б, смыла бы всю грязь,

встретили б теплом в родимом доме печка

и маленьких окон узорчатая вязь.

 

Безликие на улицах не новы -

штампуют их огромным тиражом.

Вон из деревни мой знакомый

болтается по городу бомжем.

Плесну ему я горького винца,

чтоб поболтать "за жизнь",

о том, что "невезухе" нет конца

и нервы все верёвкою свились.

Прижало так, что не вздохнуть.

А ну как с помощью верёвки той

последнюю черту перешагнуть,

отбросив табурет ногой.

Нам в этом городе большом

не одолеть вселенскую усталость.

Сгорела жизнь пустым огнём

и даже искры не осталось.

 

А у нас в деревне целицельница- речка

жизнью напоила б, силы придала б,

приоткрыла б тайны, что хоронит вечность

и мои печали теченьем унесла б.

 

А город путает дороги,

к надежде присосалась грусть,

вот, кажется, ещё немного

и я до счастья дотянусь.

Вот, кажется, за этим поворотом

фортуна улыбнётся мне,

и город бросит с разворота

мой выйгрышный билет.

И жизнь проходит в ожидании.

Быть может повернуть домой?

Мне город отказал в свидании

с удачей,счастьем и судьбой.

За откровением речистым

слёзы капают в стакан.

А мне б поплакать в поле чистом,

да не пускает город-истукан.

 

А обо мне в деревне тихо плачет речка,

и ветки ивы тянуться к слезам.

И катится моё сердечко

к той иве, к родимым берегам.