Две тысячи шестнадцатый

Посмотри народ и удивись,

За окном две тысячи шестнадцатый,

Разве думал вождь про нашу жизнь,

В октябре, тогда ещё в семнадцатом?

Он чаёк пил с мёдом за столом,

А за дверью мёрз солдат у входа,

Пролетарским пламенным пером,

Вождь рождал в слова судьбу народа.

Землю мы крестьянам отдадим,

Фабрики мы отдадим рабочим -

Труд писал прилежно Господин,

Посвящая "буратин" в свой очерк.

Ни земли, ни фабрик - ничего,

Не досталось глупым "буратинам",

Только жгучим пламенным пером -

Писанная речь, их Господина.

С тех времён прошло не мало лет,

Господин сменялся Господином,

Но пера в законах тот же след,

С наставлением новым "буратинам".

Посмотри народ и удивись,

За окном две тысячи шестнадцатый,

Видно думал вождь про нашу жизнь,

В октябре, тогда ещё в семнадцатом!