Мы в небо глядели

мы в небо глядели, мы в небе с тобой отражались,

а небо /бесстыжее/ прыгнуло в теплую воду,

осталась лишь жалость, твоя бутафорская жалость

и мой пластилиновый рай из нелепой свободы

мы в небо глядели, а небо глядело за нами,

мы были детьми, а небо незнающим взрослым,

ты смело бросался своими / чужими словами,

хотя понимал, что врать непростительно поздно

мы в небо глядели, ловя его звезды губами,

и сахарный привкус остался несбыточным прошлым,

мы были детьми, мы были другими – не «нами»,

стирая ту грань, что мешала запутать плохое с хорошим.

мы в небо глядели, и в небе, похоже, остались,

а то, что в кроссовках ступает весной по асфальту –

бездушная тень и плюс бутафорская жалость,

мы в небо упали. и стали пластмассовой галькой.